Про Facebook, Instagram и WhatsApp

Про Facebook, Instagram и WhatsApp

Рунет сегодня, 10 декабря 2012 года.

Сегодня, в очередной раз, побывал в эфире «Рунет сегодня» на ФИНАМ.FM 99.6. Обсудили Instagram vs Twitter, перспективы мессенджера Faсеbook и зачем им WhatsApp, а также другие события прошлой недели.

СПИРИДОНОВ: Доброе утро, друзья. Это «Рунет сегодня» от 10 декабря 2012 года. Вы слушаете нас на 99,6 в Москве либо онлайн на finam.fm. Напомню, что говорим мы о главных событиях ушедшей недели в области цифрового пространства: в области социальных сетей, Интернет-бизнеса, различного рода проявлений цифрового пространства и дополненной реальности и так далее.

Значит, как обычно, я обсуждаю события не сам с собой, а есть собеседники, которые компетентны поразмышлять на поставленные вопросы и обсудить имеющие место быть новости вполне себе основательно. Сегодняшние гости этой программы – Павел Рогожин, гендиректор «РБК Медиа Мир». Приветствую, Павел.

РОГОЖИН: Приветствую.

СПИРИДОНОВ: И Всеволод Страх, основатель и гендиректор Интернет-магазина «Сотмаркет». Всеволод, здравствуй.

СТРАХ: Здравствуйте.

СПИРИДОНОВ: Меня зовут Максим Спиридонов. Значит, напомню, что сперва я дам анонс главных новостей, которые мы редакционно решили поставить в такое основательное обсуждение, ну и дальше мы коротко пройдемся по тем новостям, которые не вошли в основательное обсуждение, но также стоят внимания.
Значит, то, что важное будет обсуждаться в сегодняшней передаче. «Instagram» обособился от «Twitter», мотивируя это необходимостью развивать собственную веб-версию. Вот о том, что это означает и является ли это полным размежеванием или войной даже этих двух сервисов, прежде находившихся в жестком симбиозе (как мы помним, фактически «Instagram» таким дополнением был, фотодополнением «Twitter»), как это будет дальше, мы об этом поговорим.

Следующая новость: «Facebook» решил создавать собственный мессенджер, который способен заменить SMS-сообщения, например. Фактически он открыл возможность общаться через мобильное устройство, не регистрируясь в «Facebook». И вот к чему это все приведет, на чем сердце остановится… Успокоится, пардон (остановится – наверное, не стоит), мы также будем иметь возможность поговорить.

Ну и, наконец, третья новость: в России заработал долгожданный многими, а кому-то даже неизвестный «iTunes Store», возможность прикупить легальную музыку появилась в России вот таким образом. Прежде попытки продать цифровой контент (по крайней мере, музыкальный цифровой контент) более-менее были малоуспешны. Вот это, пожалуй, главное. А сейчас приступим к экспресс-обсуждению.

«Mail.Ru Group», возможно (внимание: возможно) продаст свою долю «ВКонтакте». Об этом пишет «Business Week» со ссылкой на главу компании «USM Advisors» Ивана Стрешинского. Компания, напомню, управляет активами Алишера Усманова. Павел, как ты думаешь, насколько это слухи, насколько это серьезно?

РОГОЖИН: Ну, сложно сказать, насколько слухи эти подтвердятся в какое-то ближайшее обозримое будущее. А так по той информации, которая есть у меня и у тех, кто внимательно следил за тем, как формировалась «Mail.Ru Group» на базе фондов «DST», в курсе о том, что внутри этого большого холдинга очень много Интернет-активов. И в какой-то момент необходимость возникает у бизнеса либо как-то перестраивать, либо как-то консолидировать какие-то похожие конкурентные бизнесы, либо из них выходить, либо перестраивать так, чтобы они были более комплементарны как бы основным брендам, с которыми работает этот холдинг.

Так что это вполне вероятный исход событий, особенно с учетом развития других игроков на рынке, которые в той или иной степени являются конкурентами «ВКонтакте» в большей степени, чем конкурентами «Одноклассникам» или отдельным продуктам под брендом «Mail.Ru». Вполне вероятно. Но здесь без какого-то детального, наверное, понимания и общения с «Mail.Ru Group», наверное, сложно говорить о том, что это действительно произойдет. Но в этом есть определенная логика с точки зрения бизнеса. Это логичное решение.

СПИРИДОНОВ: Я думаю, что это будет длиться, мы еще успеем поговорить в том числе и с их топ-менеджерами. Всеволод, что думаешь?

СТРАХ: Я считаю, что к этому давно уже все шло, потому что любой инвестор хочет иметь у себя в активе управляемый актив. Но, насколько известно, там есть…

СПИРИДОНОВ: Там актив такой неуправляемый, да?

СТРАХ: Я считаю, что не совсем, потому что есть некоторое непонимание. Потому что, когда они работают не в партнерстве, у Павла есть свое видение развития этого актива.

СПИРИДОНОВ: У Павла Дурова, да? Гендиректора «ВКонтакте»?

СТРАХ: Да. У «Mail.Ru Group» наверняка другое. Соответственно, понятное желание Алишера Усманова и его коллег полностью поглотить этот актив, как они делали с другими своими проектами. Но если нет понимания…

СПИРИДОНОВ: Ну да, в общем, у «Mail.Ru» подход такой: либо забрать на 100%, либо сбагрить к чертовой матери и забыть. Видимо, так оно и будет: поскольку забрать не получается, и Дуров ясно показал, что он будет биться насмерть, видимо, будут продавать. Ну, как это случится на самом деле, покажет жизнь.
Россия отказалась от своих предложений по международному регулированию Интернета, которые собиралась выдвинуть на заседании МСЭ, Международного союза электросвязи, который регулирует, в общем, определенные, такие важные вещи, касающиеся Интернета. И Россия, казалось, была таким застрельщиком, предлагавшим определенные меры, дающие дополнительные полномочия странам на местах (не международному регулированию, а странам на местах) регулировать Интернет. И вот под давлением мировой общественности, так сказать, Россия отозвала эти предложения. Для тебя это что означает, Павел?

РОГОЖИН: Ну, во-первых, не совсем уверен, что все-таки мировой общественности. Потому что, зная…

СПИРИДОНОВ: Ну, это «Google» выступал.

РОГОЖИН: …Отрасль изнутри российскую, особенно игроков, которые в основном представляют телеком-сегмент, или которые стоят на стыке телекома и каких-то сервисов в Интернете, и ту активную работы, которую они ведут с правительством Российской Федерации на предмет того, как должно происходить регулирование взаимоотношений государства и бизнеса с точки зрения Интернета в России – я думаю, что вполне могло оказаться так, что этому поспособствовали, собственно, наши коллеги по рынку. Тем более, что, зная коллег по своему холдингу, которые активно этим занимаются, особенно с точки зрения доменного бизнеса, хостингового бизнеса, это вполне вероятно.

СПИРИДОНОВ: Активно занимаются чем, подожди? Не понял.

РОГОЖИН: Взаимоотношением с государством относительно того, как будет строиться регулирование.

СПИРИДОНОВ: В общем, их лоббисты растолкали.

РОГОЖИН: Да, лоббисты растолкали. Надо этим лоббистам сказать огромное спасибо, потому что многие нормативные акты, которые собирались принимать, как следствие вот этого законодательства – они, конечно, очень сильно бы ограничили возможности и создавали бы сложности для бизнеса в России.

СПИРИДОНОВ: Всеволод, на твой взгляд, то, что готовилось в России, предложения по локализации, определенного рода регулирования Интернета до страны (конкретно мы у себя, они у себя и так далее), оно хорошо или плохо? Или лучше оставить наверху, на одном уровне?

СТРАХ: Я считаю, любое регулирование – оно неэффективно, особенно в Интернете. Потому что, во-первых…

СПИРИДОНОВ: Ты прямо как не управленец говоришь. Как это, неэффективно?

СТРАХ: Ну, оно неэффективно. Потому что запустили тот же самый черный список, или как он там называется.

СПИРИДОНОВ: Ну да, черный список сайтов. Да, реестр запрещенных сайтов.

СТРАХ: 100 сайтов добавляют, 5000 ежедневно появляются. Я считаю, что это нужно делать не от того, что запрещать конкретный сайт, а решать с первоисточником. Понятно, что эти сайты как-то рекламируются, и я считаю, что было бы более эффективно сделать такую систему, которая не позволяла бы в поисковых системах находить эти сайты, которые содержат нелегальный контент. Потому что понятно, что запрещают не то, что не хотят видеть, а то, что содержит какую-то нелегальную информацию, нелегальный контент.

РОГОЖИН: Ну, это тоже вопрос регулирования.

СПИРИДОНОВ: Да, это тоже вопрос регулирования.

РОГОЖИН: Но более сложной системы, поисковой.

СПИРИДОНОВ: Будем дальше двигаться, поскольку время у нас ограничено в экспресс-обсуждении. Роскомнадзор проведет исследование эффективности того самого черного списка сайтов. Для этого Фонд общественного мнения проведет социологический опрос. Вообще есть смысл проводить опрос в этом смысле вот здесь, или нет?

РОГОЖИН: Ну, на мой личный взгляд, смысла в этом опросе нет. Вопрос эффективности – скорее вопрос в том, как происходит взаимодействие игроков рынка с Роскомсвязьнадзором с точки зрения вот этого черного списка. Потому что не так давно я наблюдал вживую, что происходит, когда владелец ресурса не получил или не смог обработать уведомление Роскомсвязьнадзора относительно того, что ресурс содержит запрещенный контент и может быть заблокирован.

Некий процесс еще не отработан, и говорить о том, эффективно он работает, этот черный список, неэффективно, и проводить опрос бессмысленно, пока ты не отладил базовые процедуры.

СПИРИДОНОВ: Особенно с обычными людьми, которые, в принципе, пока не очень даже в курсе того, что такое существует.

Дальше пойдем. «Ростелеком» пригрозил министру связи Николаю Никифорову отключением электронного правительства из-за неоплаченных услуг телекома. Отключение может произойти уже 1 января. Вообще такое ощущение, что молодого министра пытаются троллить. Нет, вам не кажется? В последнее время. Не только «Ростелеком».

РОГОЖИН: Ну, вполне себе похоже. Потому что если посмотреть то, что происходит, например, с кадровым составом этого правительства, отношение и высказывания коллег по другим министерствам относительно того, как они собираются набирать людей и какую кадровую политику проводят, тоже очень похоже на такой достаточно тонкий троллинг. И вполне себе эта история похожа, то же самое, с «Ростелекомом».

СПИРИДОНОВ: Как тебе, Всеволод?

СТРАХ: Я считаю, что это показывает общее управление нашей госвласти: что один говорит делать, другой не знает об этом, третий говорит, что это не делается, четвертый не слышит. Соответственно, никакого результата, мне кажется, 1 января не будет, а все будет строиться, как у нас все это делается в России: один сказал, другой не сделал.

СПИРИДОНОВ: Ну и последим за тем, как дальше будут происходить отношения министра и других таких коммерческих крупных структур и правительственных. Потому что, похоже, что его пытаются так немножко проверить на вшивость.
«Free-lance.ru» дал возможность видеть контакты для платных аккаунтов. Конфликт улажен. Ну, вы знаете, конечно, как, находясь внутри…

РОГОЖИН: Ну да.

СПИРИДОНОВ: Те, кто не знает, коротко скажу: там закрыли возможность обмениваться контактами, все только через платные сделки. И сейчас вот несколько приоткрыли. Верный шаг или неверный, как тебе кажется, Паша? Буквально в пару секунд, потому что заканчивается время.

РОГОЖИН: Думаю, что вполне себе верный. Вопрос, скажем так, явно акционеры разошлись в своих ощущениях, как должен развиваться этот бизнес, на каких основах. Ну, если до этого он вырос на этом тренде, скорее всего те основатели, которые его поддерживали, вполне себе правы. Потому что, по сути, они и сформировали рынок и отношение.

СПИРИДОНОВ: Там два основателя, они были в разных позициях.

РОГОЖИН: Да, да. Но дело в том, что, работая по этой модели, «Free-lance.ru», как основной фриланс-ресурс в России, в Рунете, сформировал отношение к рынку, его некие законы взаимодействия и так далее, используя именно эту механику. Поэтому странно, что они так решили сменить курс.

СПИРИДОНОВ: Через минуту поговорим о наметившемся противоречии между купленным «Facebook» «Instagram» и сервисом микроблогов «Twitter».

СПИРИДОНОВ: И снова доброе утро, друзья. 11.17 в Москве. Мы продолжаем разговор о главных событиях цифрового пространства, Интернета, социальных сетей, Интернет-бизнеса и иже с ним. Меня зовут Максим Спиридонов, а гости этого выпуска – Павел Рогожин, гендиректор «РБК Медиа Мир», и Всеволод Страх, основатель и генеральный директор Интернет-магазина «Сотмаркет».

Как известно, мобильное приложение «Instagram», набравшее несколько десятков миллионов пользователей за полтора года, было куплено в апреле социальной сетью «Facebook» за 1 миллиард долларов. Была красивая сделка, много вокруг этого пыли. И в том числе пыли, поднявшейся с новым витком мечт стартаперов так называемых, молодых предпринимателей, желающих построить нечто, что также выстрелит в миллиард долларов, а то и больше, на ниве Интернета. Так вот, как вам кажется, пошла ли эта покупка на пользу «Instagram»? Павел.

РОГОЖИН: Ну, сейчас об этом судить достаточно рано, я думаю. Должно еще пройти хотя бы полгода, посмотреть, как будет развиваться вся продуктовая линейка и «Facebook», и тех активов, в которые они сейчас заходят или собираются заходить. И как те сервисы (которые приобретают ради аудитории, которые уже полюбились достаточно большому количеству в десятки миллионов пользователей) будут перестраиваться с учетом того, что «Facebook» все более активно начинает вводить все моменты, связанные с монетизацией своей аудитории. Если же говорить про то, что они отключили возможность просмотра изображений…

СПИРИДОНОВ: Подожди, давай об этом не будем говорить. Пока рано.

РОГОЖИН: Хорошо.

СПИРИДОНОВ: Я хотел просто контекст послушать. Значит, как твое мнение, Всеволод, по поводу того, каково самочувствие «Instagram» в конюшне «Facebook»?

СТРАХ: Ну, я считаю, на пользу создателям это точно пошло. Потому что достаточно…

СПИРИДОНОВ: Потому что у них на счетах появились круглые суммы?

СТРАХ: Да, да. А что касается самого «Instagram», понятно, что появилась какая-то поддержка со стороны «Facebook», крупной компании, которая наверняка вложила какие-то свои средства, свои знания в разработку и усовершенствование «Instagram».
Самое главное, чтобы «Facebook» в какой-то момент, скупив такие любимые сервисы локальные, не сделал какую-то локализацию, не перевел все в сам «Facebook» и не угробил этот проект. Потому что понятно, что большинству людей не нужны все функции «Facebook», а нужно, например, только размещение фотографий.

СПИРИДОНОВ: Все функции «Instagram», имеешь в виду?

СТРАХ: Все функции «Facebook». Если «Facebook» – это будет такая мегавещь, в которую будет все запихано: и «Twitter», и «Instagram», и все-все сервисы, понятно, что людям не будет удобно такой огромной неповоротливой системой пользоваться.

СПИРИДОНОВ: Ну вообще по поводу того, что не повредило, я коротко брошу: мы с вами знаем о том, что покупка молодого стартапа крупной корпорации, особенно с cash-out последующим, когда на счетах руководителей появляются деньги – штука очень расслабляющая. Особенно если и когда они становятся подразделением, каким-то одним из множества подразделений. Ну и что, и ходишь на работу, работу работать, да? И уже нет тех целей, уже нет того драйва, как правило.

РОГОЖИН: Ну, как правило, это в 90% с лишним такое происходит.

СПИРИДОНОВ: Ну да.

РОГОЖИН: Тем более когда тебя покупают. Все-таки я вернусь к своему тезису, что покупали ради аудитории и ради возможности потом все-таки эту аудиторию как-то конвертировать в аудиторию «Facebook» либо переключить как бы фокус ее использования на продукты «Facebook», то, конечно же, с этой точки зрения, любители «Instagram», пользователям, вся эта история не пошла на пользу. С точки зрения основателей, с точки зрения бизнеса самого «Instagram», безусловно, это плюс, потому что, собственно, для этого он и создавался.

СПИРИДОНОВ: Ну, в общем, может быть такое, что дух воина в «Instagram» уже не тот, и значит, что предстоящие военные действия, потенциально возможные военные действия с «Twitter», будут не так успешны. Но сейчас послушаем о том, что может указывать на начало осторожных тех самых противостояний между «Twitter» и «Instagram».

РУНЕТ СЕГОДНЯ: Фотоприложение «Instagram» отключило возможность просмотра изображений в мобильном клиенте сервиса микроблогов «Twitter». По словам главы «Instagram» Кевина Систрома, данная мера связана с необходимостью приучать пользователя к веб-версии фотосервиса, а также подчеркнул, что это изменение никак не связано с тем, что приложение весной купила соцсеть «Facebook».

СПИРИДОНОВ: Ну а что ему было говорить, собственно. Надо добавить, что мы записали чуть раньше новость о том, что отключили в мобильном клиенте. Так вот, буквально вчера и в веб-версии «Twitter» в Интернете тоже были отключены фото из «Instagram». Что это значит, что происходит? Как твое мнение, Паша?

РОГОЖИН: Ну, вполне понятно, что «Instagram» использовал «Twitter» как некую платформу для продвижения собственного сервиса. «Twitter» использовал его как бесплатное такое фотохранилище для пользователей. Поэтому в тот момент, когда эта зависимость была порушена все-таки сделкой, как бы там ни лукавил Кевин…

Конечно же, как две компании, находясь под одним управлением, «Facebook» и «Instagram», они явно нашли тот синергетический момент, когда можно использовать ресурсы одной компании во благо другой и можно уже отказываться от вот этих странных партнерств, которые, скорее всего, еще не были закреплены с точки зрения каких-либо коммерческих условий. Поэтому вполне логичный шаг. Единственное, конечно, с точки зрения публичной позиции Кевину сложно признать, наверное, что это так, публично.

СПИРИДОНОВ: С точки зрения позиции там такая история получается (и, возможно, мы еще услышим такое от «Twitter»): это как супруги, которые жили вместе, и в какой-то момент им было это удобно, где «Instagram» выступал явно в зависимой позиции, в ведомой позиции. А когда появился какой-то на горизонте самец более по-альфистей, если можно так выразиться, более привлекательный, тут же переметнулся туда «Instagram», и вот «Twitter» может занять позицию: «Ах, ты, бросил меня, как только», – вот буквально. Всеволод, согласен?

СТРАХ: Я с Павлом полностью соглашусь. Единственное, что с моей точки зрения я не понимают вот таких войн, когда эти войны… Ну, даже не войны, а вот такие скачки приводят к тому, что те пользователи, которые пользовались, например, «Instagram» и были удовлетворены дополнительным сервисом в виде «Twitter», что они могли совместно им пользоваться, они становятся менее лояльными к этому сервису. И, соответственно, неизвестно, как сложится судьба того круга лиц, которые остались недовольны этим действием. Может быть, они, наоборот, возьмут и переметнутся в «Twitter».

СПИРИДОНОВ: Здесь такая штука интересная, ходят слухи о том… Вот смотрите, как интересно получилось с «Instagram» и «Twitter»: одни («Twitter») предоставляли возможность постить текстовые короткие сообщения. Это вообще стало таким началом революции микроформатов, по большому счету, потому что дальше мода на микроформаты пошла и в соцсети, пошла и в блоги. Стало возможным (была пройдена некая моральная планка) писать коротко.

Прежде, если ты пишешь, то пиши, извини, много. Ну, как бы так, психологически мы помним, вот подход блоггера: «Это нужно долго писать». Вот «ЖЖ» – классический в этом смысле подход к постописательству в Интернете.

«Twitter» показал: можно писать коротко, и даже нужно писать коротко, иначе у тебя не будет возможности объяснить это в 140 символов. Это пошло дальше в соцсети, и вот к этому «Twitter», который позволяет писать коротко, добавились еще различные фотосервисы, в частности, «Instagram», который позволял добавить картинки к этому, и эти картинки показывались как предпросмотр.
И вот сейчас, они, получается, размежевываются, и «Instagram», сам создав веб-версию, фактически делает такой микроформат с фотографиями. А «Twitter» в ответ, поговаривают, делает возможность в своем фотохостинге, который у них уже существует, добавить фильтры. Будет забавно: два таких микроформатных фотохостинга…

РОГОЖИН: Которые друг друга опылили так взаимно и разошлись в стороны. Спасибо, ребята, вы друг друга научили и разошлись.

СПИРИДОНОВ: Да, но при этом у одного из них, у «Instagram», есть поддержка прямого конкурента «Twitter» «Facebook». Здесь, я бы даже сказал, не столько конкурента за пользователей соцмедиа, сколько конкурента за платформу авторизации, может быть. Потому что не секрет, что «Twitter» и «Facebook» – во многом это еще и способ идентифицировать пользователя на различных сторонних сервисах.

РОГОЖИН: Ну, это такой немного спорный момент, как один из коллег по рынку недавно написал очень точно в своем блоге, что «Twitter» вряд ли когда-то станет такой платформой для авторизации, как «Facebook», потому что он просто e-mail не отдает сервису, не позволяя впоследствии с этим пользователем взаимодействовать.

СПИРИДОНОВ: Я этого не знал. Нет, подожди. Мы же видим постоянно, что предлагают авторизовываться через «Twitter» и «Facebook».

РОГОЖИН: Ну, предлагать авторизовываться… Но тот набор, который представляет API для сервиса, для конкретной площадки, когда используешь внешнюю авторизацию «Twitter», он все-таки отличается.

СПИРИДОНОВ: Это новость для меня, я думал, что он тоже дает e-mail.

РОГОЖИН: Для меня это тоже была на прошлой неделе новость, когда я об этом прочитал.

СПИРИДОНОВ: Мне кажется, неосмотрительно с их стороны. Потому что это очень сильная штука.

РОГОЖИН: Конкурентное преимущество со стороны «Facebook».

СПИРИДОНОВ: Да.

РОГОЖИН: Вот если вернуться к вопросу, насколько пострадают пользователи, ну, я думаю, для профессионалов этого рынка не секрет, что «Facebook», прежде чем вводить какие-либо изменения, он достаточно хорошо все это тестирует на различных сегментах пользователей, так называемые А/В тесты, которые позволяют проверить реакцию на те изменения, которые впоследствии увидит вся аудитория ресурса. Явно, что подобные практики были привнесены и в «Instagram». Ну, скорее всего, это логично, что может дать большая компания с большим количеством людей, ресурсов, лучшим пониманием технологической составляющей бизнеса.

Безусловно, у меня есть ощущение, что раз «Facebook» тестирует все очень детально на А/В тестах, то, скорее всего, и вопрос отключения функционала взаимодействия с «Twitter» (и «Twitter», кстати, тоже тестирует) – он явно был протестирован на определенных сегментах аудитории. И они пошли на какой-то такой осознанный риск, потому что таким объемом аудитории, как правило, хороший бизнес не рискует.

СПИРИДОНОВ: В «Twitter» «MaximSpiridonov» (это мой личный «Twitter», который используется на время программы в служебных целях) мы спросили: «Для чего вы пользуетесь «Instagram»? – мы так совместили две противоборствующие сущности в одном твите, в «Twitter» спросили про «Instagram». И вот что отвечают нам слушатели в этот момент: «Большая часть – для того, чтобы постить луки, еду и котиков», – очень хипстерский ответ. «Instagram» – это такая среда…

РОГОЖИН: Хипстерская?

СПИРИДОНОВ: Да, для молодежи хипстерского склада. Думаю, что все слушатели понимают, не буду расшифровывать слово «хипстер», уже вошло в жизнь. Еще один ответ, очень такой, в духе: «Вдохнуть в котиков новую жизнь». Ясно, что котики – одни из любимых героев постов в «Instagram». Впрочем, в «Facebook» тоже. Значит, еще ответ: «Чтобы фотографировать еду и выкладывать в «Twitter», – тоже правда. Значит: «Смотреть на фоточки и постить свои»; «Следить за людьми»; ну и такой ответ, в общем, предсказуемый: «Для снимков и обработки фото». Ну да.

Другое дело, повторюсь, забавно то, что размежевались они на моменте, когда оба (и «Instagram», и «Twitter») готовы, в принципе, дать полный функционал: «Instagram» стал готовить веб-версию, и он уже ее, собственно, начал выкатывать. Она еще неполноценна, но уже видна. Прежде была только мобильная часть, можно было только со смартфона или с планшета использовать. А «Twitter», говорят, готовит фотофильтры, которые, в общем, и прославили в свое время «Instagram» и сделали его довольно заметным.
Всеволод, у тебя есть что добавить? Мы как-то так тебя…

СТРАХ: Я считаю, что копирование – это не лучший путь развития любого проекта, и не будет смысла у людей, которые уже пользуются тем же самым «Instagram», переходить в «Twitter» и пользоваться этим. Перейдут в «Twitter» только те люди, которые вот этим действием остались недовольны, они стали нелояльными к «Instagram». И они перейдут в «Twitter» и будут пользоваться этим новым функционалом. Но это будут единицы, доли процентов от текущих пользователей «Instagram».

СПИРИДОНОВ: Ну, фактически «Twitter» стал в свое время знаменем, и остается знаменем микроформата. А «Instagram» вольно или невольно стал знаменем хипстерской революции некоей, такого движения, которое за пределом Интернета на самом деле, некоей новой волны подхода к жизни молодежи, если можно так выразиться.

СПИРИДОНОВ: 10 декабря 2012 года, это «Финам FM», 99,6 в Москве или онлайн на finam.fm. Также на finam.fm можно скачать подкасты «Рунет сегодня», что вам рекомендую сделать, или даже подписаться на ленту подкастов: в свое приложение в мобильном устройстве либо в компьютере вложить ленту и получать уведомления о новых программах или сами файлы новых программ в формате MP3 еженедельно. Таким образом, не пропустите никогда, даже если вы пропустили прямой эфир, в котором мы находимся сейчас.
Меня зовут Максим Спиридонов, и вместе с гостями этой студии мы обсуждаем главные события ушедшей недели в цифровом пространстве. Гости студии – Павел Рогожин, гендиректор «РБК Медиа Мир», и Всеволод Страх, основатель и гендиректор Интернет-магазина «Сотмаркет».

Мне кажется, что со стороны Интернета по отношению к операторам мобильной связи уже подложены и активно откармливаются две большие свиньи. Одна из них – это переход голосовых связей в Интернет-телефонию, мы это наблюдаем. Программы типа «Skype», например.

С другой стороны, это переход с SMS-сообщений в общение через Интернет-мессенджеры. Яркий тому пример – приложение «WhatsApp» или «Viber», например, вам известные тоже. Как вы думаете, насколько необратимы эти процессы, насколько проблематичны они могут быть для мобильных операторов? Всеволод.

СТРАХ: Я считаю, что переход от SMS к Интернет-общению связан прежде всего с тем, что, во-первых, это удобнее, во-вторых, это дешевле.

СПИРИДОНОВ: Несравнимо дешевле, конечно.

СТРАХ: Конечно. И, соответственно, переход связан не только с тем, что станет дешевле, а пользователь сможет пользоваться, например, своим аккаунтом в «Facebook» и совмещать эту переписку с любым человеком в своей записной книжке либо человеком в своем контакт-листе на самом «Facebook». Но что касается этого функционала, который запускает «Facebook», я считаю, что понятно, проходят слухи, что «Facebook» покупает «WhatsApp» и, соответственно, понятно, что они покупают ту аудиторию, которая пользуется этим сервисом, чтобы потом перебросить их на свой функционал.

СПИРИДОНОВ: Ты забегаешь вперед. Подожди, мы еще успеем поговорить по новости. А вот все-таки, возвращаясь к мобильным операторам, как тебе кажется, насколько сильно изменится их бизнес в ближайшее время? Вот мы знаем, они заходили с голосовой связью, потом подарок, ну реально был подарком SMS. Помните, такой был всплеск, когда вдруг эта, совершенно так прицепом прошедшая технология, вдруг стала так активно использоваться и стала приносить значительные деньги. А помним, еще все эти SMS-подписки. Сейчас они несколько идут на спад уже, а был момент пика лет пять назад, когда просто бешеные деньги на этом приходили.

СТРАХ: Я считаю, операторы в любом случае найдут пути, как монетизировать их услуги. В любом случае те же самые сообщения будут уходить по Интернет-каналам, которые принадлежат им, и за эти услуги мы также будем платить.

СПИРИДОНОВ: Постепенно они будут становиться провайдерами Интернета, получается?

СТРАХ: Я считаю, что да, в любом случае. Ну, например, я пользуюсь за границей только SIP-телефонией. Не «Skype», а именно SIP-телефонией, потому что это стоит копейки.

СПИРИДОНОВ: С мобильного устройства?

СТРАХ: С мобильного устройства, да. Подключаюсь по Wi-Fi и пользуюсь, либо по Wi-Fi , либо по 3G, потому что качество 3G, понятно, в Европе, в Америке намного лучше, чем у нас.

СПИРИДОНОВ: Я бы не сказал, кстати говоря. Тоже это отдельная тема, на которую можно дискутировать. Потому что, по моему опыту немецкому (я живу на две страны), скажем, в Баварии качество 3G у большинства операторов так себе.

СТРАХ: Если сравнить с точки зрения, сколько будет десять минут разговора стоить в роуминге и сколько десять минут с небольшими трудностями по SIP-каналу, то, я думаю, можно пережить доли десятых секунд прерывания сигнала.

СПИРИДОНОВ: Ну да.

РОГОЖИН: Ну, мне кажется, что для операторов сотовой связи, конечно, угроза со стороны этих приложений, которые особенно в мобильной среде, в «iOS», в «Android» активно развиваются и подменяют основные услуги, это, конечно, существенная угроза. Другой вопрос, что все попытки таких игроков с телеком-рынка создать самостоятельно подобные продукты, к сожалению, заканчиваются либо каким-то провалом, либо они никогда не взлетали, мы даже особо о них не слышим.

СПИРИДОНОВ: А попытки остановить просто бессмысленны этот процесс развития?

РОГОЖИН: Ну конечно. Все равно все смартфоны сейчас уже имеют возможность подключиться по Wi-Fi, они уже отвязаны от оператора сотовой связи с точки зрения его каналов. Ты можешь подойти, любой хот-спот, пожалуйста, у тебя есть Интернет. Он по-другому, безусловно, как-то тарифицируется.
Поэтому здесь, конечно, для игроков этого сегмента и телеком-операторов очень важно своевременно либо найти правильных стратегических партнеров, которые уже умеют реализовывать подобные продукты и работать с миллионной аудиторией качественно, либо приобретать таких игроков. Кто-то до сих пор не оставляет попыток сделать это самостоятельно.

Хороший пример с российского рынка – это «МультиФон» у «МегаФона», то, как они развивали, делали этот продукт. Тем более что, насколько мне известно, сейчас он, по-моему, ушел под управление «MegaLabs» (это отдельное подразделение «МегаФона», которое активно развивает так называемые VAS, value added services, которые должны существенно повлиять на маржинальность этого бизнеса). Потому что почему операторы очень внимательно за этим смотрят? Они не хотят превратиться в низкомаржинальную такую трубу традиционного телеком-оператора, которым просто гонятся биты, байты и так далее.

СПИРИДОНОВ: Ну, они вообще привыкли к высокой марже, надо сказать.

РОГОЖИН: Ну да, время уходит, они теряют маржинальность, нужно реинвестировать, и вот поэтому, конечно, нужно развивать подобные сервисы.

СПИРИДОНОВ: Хорошо. Сейчас о том, как в «Facebook» решили основательнее зайти в пространство текстовой мобильной коммуникации.

РУНЕТ СЕГОДНЯ: Социальная сеть «Facebook» обновила функционал приложения «Chat», разрешив пользоваться своим мессенджером людям, которые не зарегистрированы в соцсети. Для авторизации в чате «Facebook» пользователю теперь достаточно указать имя и номер телефона. Зарегистрироваться данным способом сейчас могут лишь владельцы смартфонов на базе «Android» в нескольких странах мира. О том, кода услуга станет доступна в России, пока не сообщается.

СПИРИДОНОВ: Всеволод, а как думаешь, что это для них? Потенциальный способ монетизации или возможность привлечь новых пользователей?

СТРАХ: Я считаю, что это способ привлечь новых пользователей из других сервисов, как я уже сказал, того же самого «WhatsApp». Потому что, я думаю, «Facebook» уже достиг во многих странах предела своего развития, своей аудитории. Соответственно, дальше нужно как-то развиваться. Развиваться можно либо путем переманивания пользователей одной социальной сети в другую, либо открытием новых сервисов и переманиванием благодаря новому функционалу этих клиентов.

СПИРИДОНОВ: Это притом, что именно мобильная платформа для них самая проблемная с точки зрения монетизации, как мы помним.

РОГОЖИН: Собственно, по этой причине, мне кажется, в первую очередь приобретали.

СПИРИДОНОВ: Ежики плакали, кололись, лезли на кактус?

РОГОЖИН: Потому что «WhatsApp» имеет внутри себя модель монетизации, которую не удалось построить «Facebook». И за счет того, наверное, каким образом они выстраивали взаимоотношения с телеком-операторами на тех рынках региональных, куда выходили, «WhatsApp» это получилось сделать лучше.

СПИРИДОНОВ: Ну, у «WhatsApp» простая, как дверь, модель монетизации: просто 1 доллар в год. Плати, и все.

РОГОЖИН: Ну, не совсем. Там есть еще отдельные моменты, о которых можно поговорить, но это достаточно элитный разговор. Я боюсь, просто в формат не уложимся.

СПИРИДОНОВ: Ну хорошо, давай.

РОГОЖИН: Ну, первое: «WhatsApp» умеет это делать, «Facebook» не умеет, это первый момент. Второе – это все-таки переключение внимания пользователей «WhatsApp» в сторону пространства «Facebook». Потому что кто победит на рынке мессенджеров (вот война мессенджеров) – это три ключевых игрока: это «Google» со своим «Android», это «Apple» с «iOS» и встроенным «iMessage», ну и, соответственно, это «Facebook», которому необходимо качественное решение, качественный продукт. Поэтому, скорее всего, слухи о поглощении «WhatsApp» со стороны «Facebook», они…

СПИРИДОНОВ: Я думаю, что в каждый момент времени в Интернете есть такая невеста на выданье. В сегодняшнем Интернете «WhatsApp» – одна из таких невест, которую все сватают, несомненно. И «Google» сватает ее, несомненно; и «Facebook» ее сватает; «Apple», вполне вероятно, тоже сватает. Ну, в общем, может быть, и «Microsoft», если взять таких всех главных. А может быть, еще кто-то тоже подтягивается.

СТРАХ: «Apple» невыгодно развивать кросс-платформенный мессенджер, мне кажется. Потому что они имеют свой «iOS», им неинтересно это развивать, чтобы часть клиентов, например, могла перейти на «Android» и также общаться между двумя платформами.

РОГОЖИН: Соглашусь.

СПИРИДОНОВ: Знаешь, это вообще интересная очень тема, мне кажется, которую мы будем наблюдать в ближайшие годы. И, как сказать, бабушка надвое сказала, как оно будет развиваться, и так ли это хорошо.

РОГОЖИН: Мы уже наблюдали это.

СПИРИДОНОВ: Подожди, идти ли «Apple» в кроссплатформенность или не идти? Он может оставаться строго закрытым, некоей такой платформой для своих: «Mac», «iPhone», «iPad», точка. А можно сказать: «Ребята, ну мы же для народа? Мы же должны как-то с другими?» – и вот выйти «iMessage» в «Android», например, неожиданным образом.
И вот это вливание, как «Instagram» пошел в «Android» и народ переживал, что – вот, мол, такая элитарная среда, что случится с этим. Но так же «Apple» может туда ринуться. И как это скажется на развитии «Apple», мне кажется, сложно предсказать.

РОГОЖИН: Ну, скажем так, мы немножко, по-моему, ушли от истории с «Facebook».

СПИРИДОНОВ: Мы ушли от темы, да. Давай к «Facebook» вернемся.

РОГОЖИН: Ну, я просто скажу, что мы уже наблюдали подобную историю, это как развивались браузеры. Было два игрока, потом появились другие. В итоге все-таки остались самыми сильными по доле рынка и растущими по доле рынка именно те игроки, которые предлагали пользователям кросс-платформенные решения. Здесь вопрос…

Да, безусловно, на старте, когда ты позиционируешь продукт как премиальный, элитарный и так далее, тебе очень важно ограничить целевую аудиторию с точки зрения устройств, их стоимости покупки и так далее. Но когда ты хочешь расти, масштабироваться, тебе нужно очень плавно расширять возможности своей продуктовой линейки, в том числе и по платформам.

СПИРИДОНОВ: Возвращаясь к «WhatsApp», вот на прошедшей неделе как раз прошла информация, о чем говорил Всеволод, о том, что может быть куплен «Facebook». Возможно, в этом контексте и был запущен мессенджер вот этот «Facebook» типа… Ну, это хорошо в переговорной позиции: «Ребята, у нас есть свое, если что, мы развиваем уже его. И, в общем-то, в вас мы особо не нуждаемся. Но при этом как хорошо в конюшне «Facebook», вот «Instagram» спросите», – и там ребята сидят с виски, сигарами: «Да, классно». И «WhatsApp», может быть, входит.

А в чем смысл? В том, что на сегодня «WhatsApp» – это 100 миллионов аккаунтов, это платформы, кроме «iOS» и «Android» это еще «BlackBerry», «Symbian», вот эти пользователи, которые с достаточно устаревшими устройствами, и другие («Windows Phone» тот самый) – их можно туда втаскивать.

Но вот мне любопытно на самом деле в этом контексте, а та ли это аудитория, которая нужна «Facebook». Вот эти пользователи мобильные, все так за них бьются. Хотя, казалось бы, вот они сейчас, веб-пользователи России. Ну возьми и займись ими. И вроде как говорят они о том, что это важно. И Цукерберг приезжает в страну с первой по размеру Интернет-аудиторией Европы, в Россию приезжает. Однако все еще «Facebook» находится очень сильно позади наших социальных сетей.

РОГОЖИН: Ну, мне кажется, что давно заметен тренд: что все коммуникационные продукты все больше и больше используются на мобильной платформе, поэтому и частотность использования этих продуктов там выше. И там проще реализовывать сервисы с добавленной стоимостью, когда пользователь платит тебе за какую-то услугу. Ну, это с точки зрения коммуникационных сервисов, к которым относится, собственно, и чат «Facebook», и «WhatsApp». Это первый момент.

Второй момент – это вполне себе может быть обкатка модели, аналогичной «WhatsApp», на собственном продукте. Ну и следующее, это сбор все-таки вот этих телефонных номеров, который так необходим для последующей коммуникации с потенциальной аудиторией. Потому что мы же сейчас не обладаем информацией, насколько качественно заполнены профили в «Facebook» с точки зрения наличия мобильных телефонов.

Если ты видишь для себя активное развитие в мобильной среде, тебе номер телефона своего пользователя очень важен, для того чтобы ты мог коммуницировать с ним по традиционным каналом. Он десять дней не пользуется или месяц продуктом, пришло SMS: «Дорогой друг, для тебя специально обновление, пожалуйста, заходи». Это то, зачем все купонщики собирали e-mail адреса, это удешевление маркетинга твоего продукта для возврата аудитории. Потому что ведь есть проблема не только привлечь, есть еще проблема вернуть уснувший сегмент своих пользователей. А для этого, конечно, нужны традиционные каналы коммуникации, и для этого вполне себе могли попробовать собрать таким способом номера телефонов.

СПИРИДОНОВ: В общем, спрут корпорации «Facebook» забирается глубже в личную жизнь граждан. После небольшой паузы у нас рассказ о главной премьере ушедшей недели, о магазине цифрового контента от «Apple» «iTunes Store», который начал работу в России.

СПИРИДОНОВ: Эти главные события Интернета мы обсуждаем с гостями студии «Рунет сегодня»: Павел Рогожин, гендиректор «РБК Медиа Мир», и Всеволод Страх, основатель и гендиректор Интернет-магазина «Сотмаркет». Меня зовут Максим Спиридонов, это «Рунет сегодня» от 10 декабря 2012 года (говорю для тех, кто слушает нас в подкасте). Он молодец, потому что подписался на ленту и таким образом находится все время в курсе главных событий российской и глобальной Сети. Ну и, как я все время повторяю, шире цифрового пространства.

Вот я наблюдаю, как дают презентации футурологи различные и апологеты, скажем, дополненной реальности. Меня очень забавляет то, что они подчеркивают: «Мы сегодня находимся в некоей такой точке начала активного роста, и дальше будет ого-го». То, что сегодня звучит практически пустым звуком даже для многих игроков отрасли, дополненная реальность. Но так же пустым звуком было для нас, скажем, «мобильный веб». И вот сегодня он везде. Вот дальше, через три-пять лет, также будет предметом нашего активного обсуждения, активного действия в этом направлении с точки зрения предпринимательства, потому что именно этот аспект нас также, как программу, ориентированную на бизнес, интересует, и весьма.
Значит, видимо, главное событие ушедшей недели, о котором мы будем говорить. И обсуждение начну издалека. Как вам лично «Apple», его маркетинговая и бизнес-политика? Какие впечатления, какие мысли? Всеволод.

СТРАХ: Ну, для меня, конечно, «Apple» ассоциируется больше с продукцией «iPhone», «iPad», а не с «iTunes».

СПИРИДОНОВ: Это понятно, потому что ты, как россиянин, прежде не связывался с этим практически.

СТРАХ: Да. По мне, конечно, хотелось бы чего-то новенького. Я был, честно, разочарован выпуском «iPhone 5» после ««iPhone 4S». Но я считаю, на 5 миллиметров уменьшить и выпустить, и чуть улучшить дисплей – это не то, чего ждешь от такой компании. Соответственно, для меня компания «Apple» – это как пример такой компании, которой стоит гордиться. Это наравне, как «Google», «Facebook». Но перспективы ее развития – я не представляю, что будет дальше. Дальше они, наверное, будут уже увеличивать размер телефона, чем больше телефон, наверное, тем моднее.

СПИРИДОНОВ: Павел?

РОГОЖИН: Ну, скажем так: с точки зрения, наверное, их бизнеса и того, что делал Стив Джобс, очень продуктивные, очень эффективные ребята. То, что говорят об их гениальности непосредственно лидер этой компании и его команда – это скорее близко к истине. Отдельный вопрос, конечно, к тому, как они реализовывают в отдельных элементах, то, как они позиционируют продукт, к чему это приводит, где грань между вот этим позиционированием, правдой и лукавством. Это, конечно, скорее такая этическая сторона вопроса, это скорее отдельный большой вопрос.

СПИРИДОНОВ: Пока им удавалось очень красиво балансировать в этом всем.

РОГОЖИН: Да-да. Но, наверное, не для тех, кто за ними очень пристально смотрит с точки зрения бизнес-интереса, а не просто как потребитель.

СПИРИДОНОВ: Ну хорошо. Сейчас новость под девизом «Дождались».

РУНЕТ СЕГОДНЯ: Корпорация «Apple» предоставила российским пользователям доступ к магазину цифрового контента «iTunes Store». Теперь сервис позволяет приобретать музыкальные произведения и фильмы, используя банковские карты «Visa», «MasterCard» или же специальные карты предоплаты. Запуск русской версии «iTunes Store» приурочен к началу продаж «iPhone 5» в нашей стране.

СПИРИДОНОВ: По информации газеты «Ведомости», «Apple» хотел запустить «iTunes Store» в России еще в ноябре этого года, собственно, когда и запускался, была презентация «iPhone» в октябре. В общем, вскорости после презентации. Но не сумел договориться со всеми правообладателями относительно российской музыки.
Проблема не решена, собственно, и сейчас. Некоторые российские музыкальные компании перед запуском «iTunes» получили письма от «Apple», в которых им предлагалось лицензировать авторские права через Российское авторское общество (РАО) и компанию «First Music». Однако РАО не имеет аккредитации для работы в Интернете, к тому же РАО в этой схеме надо договариваться по отдельности с каждым правообладателем, поскольку понятия коллективного управления правами в российском законодательстве не существует. Вот такие дела. Как вам контекст ситуации? Павел.

РОГОЖИН: Ну, контекст такой. Как раз про тот баланс, про ту грань, о которой говорил в начале обсуждения этой новости. Потому что всегда говорилось: вы можете платить напрямую (ну, за творчество) тем людям, которые это создают – то видео, ту музыку, ту продукцию, которую вы потребляете.

СПИРИДОНОВ: Это был девиз «iTunes» изначально.

РОГОЖИН: Да, изначальный девиз. Но в итоге с точки зрения эффективности бизнеса, конечно же, «Apple» начал работать на региональных рынках с такими коллекторами, как РАО, агрегаторами прав. И вопрос на самом деле, платишь ты своей любимой, может быть, не очень известной группе, деньги, или они где-то оседают в недрах РАО и «Apple», это уже такой как раз…

СПИРИДОНОВ: Вопрос, не касающийся «Apple», получается, да?

РОГОЖИН: Да, но с точки зрения, наверное, как пользователи, как потребители вообще смотрят на то, кому они платят деньги и за что. Потому что с таким же успехом я могу сейчас пойти, не знаю, в «Яндекс.Музыку», заплатить существенно меньшее количество денег, которое пойдет точно таким же путем, без вот этой красивой вывески. Точно таким же путем пойдут эти деньги, может быть, с какими-то вариациями, и буду пользоваться большим количеством музыкального контента за совершенно другие деньги. Поэтому с этой точки зрения успех «iTunes Store» в России скорее более под вопросом. А тем более при наличии всем известного замечательного ресурса «ВКонтакте».

СПИРИДОНОВ: «ВКонтакте», торрентов и прочих.

РОГОЖИН: Ну, торрентов в меньшей степени.

СПИРИДОНОВ: А цены в русском «iTunes», для тех, кто еще не наблюдал (думаю, что это большинство из нас): музыка стоит 15-19 рублей за трек, за одну композицию. Представьте себе, вот нажимаешь кнопку в каком-нибудь том же самом «ВКонтакте»…

Я вчера, кстати, внимательно поизучал «ВКонтакте». Я плохо с ним знаком прежде был. Ну, собственно, и сейчас еще плохо, но вчера покопался в нем пару часиков, чтобы действительно разобраться основательно. Действительно там музыка вся, я реально был… Ну, я дурачок, наверное, потому что раньше надо было разобраться с этим. Там гораздо больше музыки, чем я предполагал. Там реально она вся есть, какая угодно, самая экзотическая.

Так вот, каждый раз, нажимая на кнопку «Play» во «ВКонтакте», вы понимаете, что вы сэкономили 15-19 рублей, не заплаченных в «iTunes Store». Либо 49-199 рублей за альбом (почти 200 рублей можно отдать за альбом). Фильмы стоят по 49-99 рублей за аренду и 99-299 рублей за покупку (300 рублей за покупку фильма). Снова-таки, «ВКонтакте» вам в помощь, если вы хотите сэкономить семейный бюджет на что-то, я не знаю, шубу жене купить. Вот и накопите.

РОГОЖИН: Максим, призываете к пиратству все-таки?

СПИРИДОНОВ: Я не призываю, Паша, я нахожусь в реальной ситуации. Я на самом деле, как последовательный критик «ВКонтакте» (слушатели постоянные знают это), стараюсь находиться в рефлексии, а не в этом самом, таком огульном поношении.

Я считаю, что текущая ситуация проблемна с пиратством, я считаю, что то, что создатели музыки и фильмов оказываются в такой ситуации – это для них действительно ставит вопрос пересмотра отношения к не то что бизнесу, к жизни. Потому что ты теперь не зарабатываешь на том, на чем зарабатывал прежде.
И хорошо, музыку можно записывать более-менее бюджетно. Условно говоря, за 20-30 тысяч долларов можно записать альбом. 100 тысяч долларов – это замечательный альбом можно записать (можно и дешевле на самом деле, конечно), и дальше зарабатывать на концертах. Ну а фильмам как быть? Зарабатывать на product placement? Вы будете смотреть эти фильмы, где в каждом кадре будет водка, стул, не знаю, все будет брендировано? Я не буду эти фильмы смотреть. Думаю, что большинство тоже. В общем, это проблема реальная. «ВКонтакте» и другие сервисы пиратские, торренты – это проблема. Выход ли «iTunes», вот это вопрос. Всеволод, ты как вообще думаешь на этот счет?

СТРАХ: По мне, для рынка России платный контент еще не так развит, как тот же самый «ВКонтакте». Я считаю, нужно еще лет пять-шесть, чтобы люди поняли и отказались от того же самого «ВКонтакте». Но чтобы люди перешли из «ВКонтакте» в «iTunes», я считаю, что нужно было начинать с низких цен, как сделал «Microsoft». Он же для России сделал одни из самых низких цен на «Windows» несколько лет назад и, соответственно, многие стали переходить. Когда была цена на «Windows» 12-13 тысяч рублей, никто себе не мог позволить это купить. А когда цена стала от 3000 до 7000 рублей, соответственно, многие компании, не рискуя, сразу ставят себе все лицензированное. Соответственно, как таковой запуск – понятно, что там себестоимость мизерная была запуска «iTunes» в России. Но как таковой бенефит и профит от этого запуска, я думаю, в ближайшие год-два у них не будет никакого.

СПИРИДОНОВ: Будут дешевле делать?

СТРАХ: Да.

СПИРИДОНОВ: Им было сложно это делать, поскольку они и так сделали цены в два раза дешевле, чем в Америке. Ну вот куда больше? Это было уже наступание на горло.

СТРАХ: Там, наверное, больше вопрос транзакции, что российские банки берут в четыре-пять раз больше процент за одну транзакцию по картам, чем американские.

СПИРИДОНОВ: В том числе. Совсем коротко, в «Twitter» «MaximSpiridonov» мы спросили: «Сколько денег в течение месяца вы тратите на покупку цифрового контента?» Ответы такие: «Думаю, 5-10 тысяч рублей», – у нас есть продвинутый пользователь.

РОГОЖИН: Ого.

СПИРИДОНОВ: Еще ответ: «30-100 долларов», – тоже молодец. «От 100 до 1500 рублей», – еще ответы. «2-10 долларов», – в эту цифру, мне кажется, я больше верю, как в цифру массовую, откровенно говоря. Не то что я не верю предыдущим, я рад, что нас слушают такие люди. Но вот 2-10 долларов – это какая-то более реальная, с точки зрения массовой публики.

РОГОЖИН: Похоже, я тоже в этот сегмент попадаю. Я, правда, только «Яндекс» плачу.

СПИРИДОНОВ: «30-50 долларов», – вот тоже хороший знакомый Слава Баранский отвечает в «Twitter». Вот такие дела. В общем, на самом деле пока что пользователь массовый, видимо, не очень готов платить за контент хорошие деньги. Мы к этому пришли в дискуссии. Более-мене, отчасти, по крайней мере, можно вырисовать это из ответов, возникающих в «Twitter». Ну а как будет жить дальше «iTunes» в России? Нормально будет жить, наверное. Но не особо, видимо, прибыльным.

РОГОЖИН: Ну да, и не столь популярным, наверное, как те конкуренты, которые выбрали более заточенные под российский рынок модели.

СПИРИДОНОВ: Ну да. В общем, будем наблюдать, как будут развиваться события с жизнью цифрового контента в сети. Это очень любопытно, и мы свидетели того, как строится новая экономика.
На этом все. Это была программа «Рунет сегодня», меня зовут Максим Спиридонов. Слушайте нас, обязательно слушайте нас каждый понедельник. И теперь – пока!